2009_da (2009_da) wrote,
2009_da
2009_da

Categories:

Куда идет Китай, в чем светлое будущее человечества?

Человечество восходило через все трудности и преграды, карабкалось вверх, шло тысячелетия, хоть и с временными отступлениями, вперед и вверх, возвышалось к своему истинному предназначению неисчерпаемого творчества и созидания, творения добра, совершенствования человека и восхождения к любви и братству.
Не для того чтобы нынешний омерзительный еврейско-ангосаксонский "мировой порядок" (здесь нет антисемитизма – это констатация объективной реальности - в администрации Байдена – 30% евреи) стал завершением пути - нынешний еврейско-ангосаксонский "мировой порядок", мир, в котором торжествует всё скотское, торжествуют скоты и подлецы, правит ложь и еще раз ложь, подлость и еще раз подлость, а на самом верху правят нелюди, воплощение сатаны, питающиеся человечиной, закабалившие человечество.

Сейчас лидер и надежда человечества – Китай. Там прокладываются пути в будущее, после отмирания нынешнего паразитического, берущего корни и набравшего свои богатства в неисчислимых преступлениях, злодеяниях, грабеже планеты, на крови и костях десятков миллионов людей – жертв этих злодеяний, миропорядка и мироустройства. Это чудище безнаказанно упивавшееся кровью и потом человечества наконец сгинет в небытие, проклятое в веках. Но кто этот богатырь, что отрубит ему голову?

Яростная дезинформация ведется, что опорочить, исказить, не дать китайскому опыту и идеям построения светлого общества будущего расшириться на весь мир.
Поэтому важно прочитать правду о Китайском пути. Об этом статья ниже.
Почему Китай продолжает идти к социализму, а Россия отступилась от него?

В Китайской Народной Республике дан старт общенациональной кампании, посвященной столетнему юбилею Компартии Китая, под знаком которого в стране проходит весь нынешний год. Путь, пройденный за прошедший век, равен многим столетиям, и он особенно наглядно предстает на фоне крайней отсталости дореволюционного Китая,

которая и стала главной причиной «столетия унижений», начавшегося с Опиумных войн середины XIX века. Синьхайская революция 1911−1912 годов, которая смела монархию, не смогла решить основных проблем. Переход к республиканской форме правления в условиях развала центральной власти и сохранения классовой эксплуатации, не мог привести и не привел ни к чему другому, кроме появления центральной и региональных милитаристских диктатур, разрывавших страну на лоскутки местечковых интересов. В рядах самих революционеров произошла целая череда расколов. Реставрация в 1915 году квазимонархии в образе военной диктатуры завела страну в тупик, выход из которого показала Великая Октябрьская социалистическая революция в России. Под ее влиянием в июле-августе 1921 года на окраине Шанхая был созван исторический I съезд КПК, который, проходя нелегально, в силу ряда обстоятельств через несколько дней сменил дислокацию и был перенесен в соседнюю провинцию Чжэцзян, где проходил в лодке на озере Цзясин. Рассказывая российскому читателю об истории правящей партии Китая, превратившей страну за годы своего правления в одну из мировых сверхдержав, нынешний посол КНР в Российской Федерации Чжан Ханьхуэй именно с этого эпизода, овеянного романтикой революционного героизма, начал свою статью, опубликованную на днях «Российской газетой». И подчеркнул, что общая численность партии в момент ее создания составляла всего полсотни коммунистов (уточним — 53 чел.), представлявших семь партийных кружков. От северного Пекина и приморского Шанхая до крайнего юга Гуанчжоу, центра провинции Гуандун, которая при власти КПК из глубокого и дальнего захолустья превратилась в крупнейший промышленный и научный центр не только страны, но и мира. А ведь сто лет назад если кто о Гуанчжоу и слышал, то в основном в связи с Гонконгом, расположенным поблизости, на берегах Большого залива.

Почему статья Чжан Ханьхуэя привлекает наше особое внимание? Не только потому, что народный Китай — наш ближайший и наиболее тесный друг и союзник, с которым мы вместе отстаиваем идеалы международной справедливости, противодействуя силам экспансии и гегемонизма, пытающимся любой ценой сохранить свое лидерство, превратив его в полное господство. История социалистического Китая, а посол фокусирует внимание читателя именно на социалистическом характере современной китайской государственности, настаивая на этом и связывая с социализмом провозглашенное лидером КПК и КНР Си Цзиньпином великое возрождение китайской нации, это проекция и нашего собственного исторического опыта. Движения по пути, на котором случаются временные провалы и отступления, но который самой Историей предначертан нашим странам. Ибо он доказал свою эффективность, и именно с ним связаны самые выдающиеся наши победы — от военного разгрома главных сил мирового зла — германского нацизма и японского милитаризма — до успешного решения острейших социальных проблем, создания ракетно-ядерного щита, прорыва в космос и воспитания по-настоящему нового человека. Не будем забывать, что в СССР этот феномен, в который многие сегодня верить не хотят, стал реальностью, и тем же путем движется современный Китай.

Посол КНР в России в своей юбилейной статье очень тонко обращает наше внимание на то, что сегодня Китай вплотную занимается вопросами развернутого социалистического строительства. В год столетия КПК наш ближайший сосед подводит итоги создания в стране общества среднего достатка, что стало результатом огромной партийно-государственной работы по выводу из бедности и преодолению нищеты в самых сложных, отдаленных районах, преимущественно сельских, а также в национальных автономиях. Именно на этих достижениях социалистический Китай строит свои дальнейшие планы, главный из которых — создание к 2049 году, к столетию КНР, современного социалистического общества, промежуточным этапом на пути к которому согласно провозглашенным партийным задачам, является 2035 год — рубеж полноценной социалистической модернизации.

Чжан Ханьхуэй не случайно несколько раз повторяет в своей не такой уж большой по объему статье тезис о китайском социализме, социалистическом строе, социалистической народной государственности КНР. На наш взгляд, это ответ на определенные внешние попытки объяснить уникальные успехи Китая, позволившие занять ему одно из ведущих мест в современном мире, превратившись не только в драйвер экономического роста, но и в маяк социального развития, якобы «отступлением от социализма». Нет ничего более далекого от действительности, чем это заблуждение.

Во-первых, не углубляясь в конкретные цифры, которые в материале, посвященном юбилейным событиям, в целом ни к чему, отметим, что в Китае не было приватизации, подобной той, которую прозападные силы провели в России после разрушения СССР. В КНР бизнес строил свои проекты не вместо или на месте государственных и народных предприятий, а рядом с ними. Именно в этом был подлинный смысл открывшего теперь уже сорокалетнюю эпоху реформ и открытости афоризма Дэн Сяопина насчет «черной или белой кошки, которая главное, чтобы ловила мышей». И не случайно тот же Дэн вместе с будущим лидером КПК и КНР Цзян Цзэминем в свое время жестко осудили перестроечную горбачевщину, видя и понимая, что дело в СССР идет, точнее, ведется к реставрации капитализма.

То, что В. И. Ленин во времена НЭПа именовал «командными высотами», которые при любых экспериментах с экономическими моделями необходимо обязательно оставлять в руках советской власти, в Китае, как и в Советском Союзе ленинских и сталинских времен, сохранилось в собственности у народа. Уточним: в последние годы, когда проявились было тенденции чрезмерной самостоятельности ряда предпринимателей, партией были приняты решительные меры по наведению порядка, которые выразились в более жестком контроле над частником и сокращении удельного веса частных компаний в структуре экономики. Приватизации же в стране как не было, так и нет, и ее проведение не планируется. Поэтому разговоры о том, что в Китае будто бы произошла «реставрация капитализма» надо оставить на совести тех, кто эти байки сочиняет и распространяет; они совершенно не соответствуют действительности.

Во-вторых, сам факт постановки во главу угла партийных задач искоренения бедности, на решение которой были брошены беспрецедентные силы и ресурсы, и за выполнение которых в партии была установлена жесткая, персональная ответственность руководителей всех уровней, говорит сам за себя. История капитализма, ни в его классическом виде, ни в мутационных вариантах, не знает подобных примеров, если не считать вынужденной политики welfare state, проводившейся на Западе в годы холодной войны на фоне существования СССР и мирового социалистического содружества, в рамках конкуренции противоборствующих социально-политических систем. Это как нельзя лучше видно сейчас, когда все эти социальные завоевания западных трудящихся начали неумолимо свертываться. Все понятно: Советского Союза не стало, до современного подъема Китая, в который Запад откровенно не верил, было еще немало времени, а когда это произошло, инерция не позволила своевременно перестроиться, что наглядно демонстрируется в тех же США шельмованием социальной политики Дональда Трампа.

В-третьих, как уже неоднократно приходилось отмечать, КПК, в отличие от поздней КПСС, нашла в себе внутренние силы и ресурсы преодолеть отрыв от народа, по пути которого некоторое время шла, подобно нашей Компартии. И развернув беспощадную борьбу с коррупцией, доказала, что трудности социализма имели субъективные причины и носили временный, преходящий характер. И были успешно преодолены; потребовались лишь честность в диалоге с народом и политическая воля. Именно поэтому цифру в неизменные 90% поддержки КПК и ее политического курса китайским обществом, которую посол Чжан Ханьхуэй не впервые приводит в своей статье, никто не возьмется брать под сомнение. Включая политических оппонентов, которые, и это в-четвертых, совсем не случайно именно на фоне китайских успехов принялись нападать на КПК, развернув против партии без преувеличения подрывную, дискриминационную пропагандистскую кампанию. И то, что у этой кампании нет шансов на успех, и что она захлебывается даже в самих США на фоне переживаемых этой страной беспрецедентных трудностей убедительно доказывается тем, что со сменой администрации Белого дома эту кампанию, осознав тупик, в который она ведет, заокеанские политические стратеги начали постепенно свертывать.

Важный вопрос, не менее, а даже более актуальный для нас в России, чем для Китая. Откуда эти предубеждения против китайского пути социализма произрастают, и почему им подвержены даже многие те, кто хранит верность коммунистическим идеалам и с симпатией относится к китайским успехам? Причины, на наш взгляд, находятся в плоскости идеологии, точнее, недостаточных ее знаний, непонимания глубоко научного содержания марксистско-ленинского учения, о котором в своей статье четко заявляет посол Чжан Ханьхуэй, а также не диалектического, схематического, даже догматического восприятия марксизма как чего-то застывшего, окаменевшего и не наделенного динамикой развития. Приведем два наиболее ярких, лежащих на поверхности, аргумента.

Первый: после трагических событий на Тяньаньмэнь, в которых, наряду с молодежью, активное участие приняла интеллигенция, в КПК задумались над причинами этого. Проанализировав опыт СССР, где интеллигенция также оказалась одной из первых в перестроечных рядах, и значительная ее часть выступила против социализма и против сохранения Советского Союза, вспомнили о решениях XXV съезда КПСС. В них черным по белому было записано, что наука превратилась «в непосредственную производительную силу». Но если так, то тогда интеллигенция — полноценный класс, а никакая не «прослойка». В КПСС эту дилемму так и не решили, не рискнув поднимать статус интеллигенции. В Китае же в 90-е годы при правлении Цзян Цзэминя была успешно внедрена концепция «трех представительств», которая дополнила союз рабочего класса и крестьянства представительством интеллигенции, а также поддержала нарождающееся предпринимательство. Результат известен: большая часть тех и других повернулась лицом к КПК, покинув ряды стихийно складывавшейся оппозиции. Другой пример еще более фундаментален. Когда в 40-е годы прошлого столетия Мао Цзэдун выдвинул свою теорию «новой демократии», которая стала важной вехой эволюции марксизма применительно к опыту восточных стран, она одновременно послужила фундаментом национально-освободительного союза трудящихся классов с некоторыми национально ориентированными буржуазными элементами. Благодаря этому национальная буржуазия сыграла важную роль в революционных событиях 1945−1949 годов; ее участие в гражданской войне на стороне народа существенно изменило расстановку сил в пользу КПК, что в итоге ускорило ее победу и поражение гоминьдановского режима Чан Кайши.

Вот эти вещи, связанные с особенностями восточных революций, которые В. И. Ленин в свои поздних трудах именовал «восточным своеобразием», отмечая, что уже русская революция в полной мере явила такое своеобразие, вопреки европейскому опыту, у нас нередко не до конца понимаются даже среди тех, кто хорошо знаком с теорией марксизма. Но впитав эти знания, не проникся духом этого учения и потому по-прежнему мыслит штампами, которые были хороши для своего времени, но в современности, требующей новых подходов в развитии марксизма-ленинизма, себя исчерпали. Провозглашаемая КПК китайская специфика социализма при ближайшем рассмотрении есть не что иное, как соединение социально-классового фактора с цивилизационным. Советский строй в России, которым наша страна была обязана победе Великого Октября, с точки зрения европейских догматиков или, как называл их В. И. Ленин, «мещан», также был спецификой, но уже русской. Те цивилизационные инновации в марксизме, которые вождь Октября осмыслил и не успел внедрить в России, его последователи в Китае с успехом перенесли на собственную национальную почву, показав себя грамотными и последовательными учениками, критически мыслящими, способными действовать творчески, применяя теорию на практике сообразно национальным особенностям.

В своей статье посол Чжан Ханьхуэй не углубляется в теорию этих вопросов, однако выводы, которые он предлагает российскому читателю, именно об этом. Китайская специфика, как и любые другие национальные особенности других стран и народов, — это ключ к пониманию истоков и причин успехов КПК и тех прорывов в своем развитии, которые под ее руководством совершил дружественный китайский народ. Поздравляя 92-миллионную партию с ее замечательным столетним юбилеем, вслед за автором обсуждаемого материала выразим уверенность в нерушимости российско-китайской дружбы и сотрудничества. Ведь именно в нынешнем, 2021 году исполняется еще один знаковый юбилей — 20-летняя годовщина подписания между Москвой и Пекином Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, который в обеих столицах уже условились продлить, наполнив новым содержанием в целом ряде важнейших международных аспектов. Поэтому трудно не согласиться с Чжан Ханьхуэем в уверенности, что «под стратегическим планированием и руководством двух глав государств, китайско-российские отношения всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия в новую эпоху будут еще более богатыми, их фундамент будет еще глубже и прочнее, а перспективы еще более обширными, что позволит внести огромный вклад в развитие и возрождение двух стран, а также в процветание и спокойствие во всем мире».

Павленко Владимир - https://iarex.ru/experts/197.html

Источник: ИА REGNUM Ссылка: https://iarex.ru/articles/80394.html

https://vamoisej.livejournal.com/8214009.html


Перейти к оглавлению блога
Tags: Китай, Ленин, Россия, СССР, Советская цивилизация, Сталин, социализм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments