2009_da (2009_da) wrote,
2009_da
2009_da

"Шахский Иран, который они потеряли"

Свержение в Иране с американской помощью правительства Национального фронта Мосаддыка в результате путча 1953, организованного спецслужбами Великобритании и США, и восстановление "Ирана который они потеряли" - установление шахского режима.
Как это похоже на разрушение СССР с американской помощью, свержение народной советской власти в результате поддержанного США ельцинского путча 1993 и строительство Путиным "России, которую они потеряли!"
Оригинал взят у maysuryan в 50 лет назад. Письмо революционерки императрице


Вот скажите, о чём, по-вашему, могли ровно полвека назад переписываться эти две молодые женщины? Наверное, о последних капризах моды и дорогих украшениях? Вовсе нет, совсем, совсем о другом...
В июне 1967 года западногерманский журнал "Конкрет" опубликовал письмо журналистки Ульрики Майнхоф шахине (императрице) Ирана Фарах Пехлеви. Обе эти женщины прожили довольно яркие, хотя и чрезвычайно разные судьбы. Вдовствующая императрица Фарах (1938 года рождения) жива и посейчас, после свержения в ходе революции 1979 года своего мужа проживает в Америке. Ульрика Майнхоф (1934-1976) в момент написания письма считалась "первым пером" ФРГ, самой яркой журналисткой страны. Позднее, спустя несколько лет, её взгляды стали более радикальными, и она ушла в левый террор. В 1976 году погибла в западногерманской тюрьме: по официальной версии, повесилась. Но, как утверждают её сторонники, это было просто физически невозможно: камера проверялась тюремщиками каждые 15 минут, каждые 2 часа проходил обыск, и добраться до крюка на высоте 4 метров заключённая никак не могла. Вдобавок, как отмечает известный российский левый публицист Александр Тарасов, "никто так и не объяснил, откуда взялись следы спермы в гениталиях У. Майнхоф (то есть её сначала изнасиловали, а потом убили — или даже наоборот)".
А теперь, зная эти подробности двух судеб, почитаем это письмо 50-летней давности... Кажется, оно позволяет лучше понять причины революции 1979 года и свержения шаха, а ещё — почему вообще происходят революции.

"ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ФАРАХ ДИБА
Добрый день, фрау Пехлеви!
Идея написать Вам возникла у меня во время чтения «Нойен ревю» за 7-14 мая, на страницах которого Вы описали свою шахскую жизнь. При этом у меня сложилось впечатление, что Вы плохо информированы о жизни в Иране. По этой причине Вы вводите в заблуждение также и читателей немецкого иллюстрированного журнала.
Вот Вы, в частности, пишете: «Лето в Иране очень жаркое, и, как и большинство иранцев, я ездила со своей семьёй на Персидскую Ривьеру — на Каспийское море».
«Как и большинство иранцев»?
Вы уверены, что ничего не преувеличиваете? В Белуджистане и Мекране, например, «большинство иранцев» — 80 % — страдают врождённым сифилисом. И «большинство иранцев» — это крестьяне с годовым доходом менее 100 долларов на семью. А у большинства иранских женщин умирает каждый второй ребёнок — понимаете, 50 из 100 — от голода, бедности и болезней. А дети, которые вынуждены ткать ковры по 14 часов в день, — они что, тоже ездят — в большинстве — на Персидскую Ривьеру на Каспийское море?


Последний шах Ирана, императрица и наследник престола


Ульрика Майнхоф

Когда летом 1959 года Вы вернулись из Парижа и отправились на Каспийское море, Вы, оказывается, «сильно изголодались по персидскому рису и особенно по нашим особенным фруктам, по нашим сладостям, по всему тому, из чего состоит настоящая персидская трапеза и что можно найти только в Иране».
Должна Вам сказать, что большинство иранцев тоже изголодалось — и не только по сладостям, но и по простому куску хлеба. Для крестьян Мехдиабада, например, «настоящая персидская трапеза» состоит из размоченной в воде соломы — и в каких-нибудь 150 километрах от Тегерана крестьяне подняли восстание против правительственной кампании по борьбе с соломенными чучелами, поскольку эти чучела являются их основной пищей. А ещё можно жить, питаясь корнями растений и косточками фиников — жить недолго, конечно, и нехорошо, но изголодавшиеся иранские крестьяне пытаются. И умирают в 30 лет (это — средний срок жизни иранца). Но Вы ещё молоды, Вам всего лишь 28 лет. У Вас впереди ещё целых 2 прекрасных года — годы, которые действительно «можно найти только в Иране».


Шахиня Ирана Фарах


Шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви. Парадный портрет

Тегеран Вы тоже нашли изменившимся: «Дома росли как грибы после дождя, улицы стали шире и ухоженней. Мои подруги тоже изменились: похорошели, стали настоящими молодыми дамами».
При этом Вы умышленно не заметили жилищ «миллионов внизу», например, не заметили тех 200 тысяч человек, что живут в южной части Тегерана, в «вырытых в земле пещерах и переполненных людьми глинобитных лачугах, похожих на крольчатники», как писала «Нью-Йорк таймс». Разумеется, шахская полиция тоже делает всё возможное, чтобы такие картины не оскорбляли Ваш взор. Когда в 1963 году тысячи бездомных искали себе жильё в строительном карьере, сотни полицейских вышибли их оттуда — чтобы не оскорблять эстетические чувства тех, кто ездит летом на Каспийское море. Шах считает вполне допустимым, что его подданные живут в таких скотских условиях. Недопустимым он считает — как для себя, так и для Вас, — чтобы эти подданные попадались на глаза.
Но положение в городах ещё относительно терпимое. «Я видел детей, — читаем мы в путевых заметках о Южном Иране, — которые, словно черви, копаются в навозе и питаются сорной травой и протухшей рыбой». Конечно, Вы можете законно радоваться, что это — не Ваши дети. Но всё равно это — дети. Так правит шах.





Вы пишете: «В области науки и искусства Германия занимает — как и Франция, Англия, Италия и другие великие культурные нации — ведущие позиции. И это сохранится и в будущем». Что касается ФРГ, может быть, Вы лучше оставите область прогнозов [западно] германским политикам от культуры — они всё-таки больше Вас в этом понимают. А сами, может быть, скажете нам откровенно, что 85% населения Ирана неграмотно и что из 15 миллионов иранских крестьян (а это 96% населения) читать умеют только 514 480 человек? И что 2 миллиарда долларов помощи, выделенных Ирану на развитие после свержения Мосаддыка в 1953 году, «растворились в воздухе» (по заключению американских наблюдательных советов) — вместе со школами и больницами, которые должны были быть построены на эти деньги? И теперь шах направляет в деревни армию — говорит, это для того, чтобы учить бедняков. «Армия знаний», так это называется. Люди будут рады, конечно: солдаты заставят их забыть голод и жажду, болезни и смерть. Люди помнят, что шах сказал — с редким цинизмом — Губерту Хэмфри: «Благодаря американской помощи армия в хорошей форме, она в состоянии справиться с гражданским населением. Армия не готовится воевать с русскими, она готовится сражаться с иранским народом».
Вы пишете: «Шах — простой человек, конечно, он личность выдающаяся, но в то же время он — добропорядочный человек, как обычный, рядовой гражданин». Это звучит, мягко говоря, несколько эвфемистически — если вспомнить, что одна только монополия на плантации опийного мака ежегодно приносит шаху миллионы [долларов США], если вспомнить, что ещё в 1953 году героин был не известным в Иране наркотиком, а сегодня — из-за шахской «инициативы» — 20% иранцев зависимы от героина. Людей, занимающихся такими делами, у нас обычно называют не «добропорядочными», а криминальными — и изолируют от «обычных, рядовых граждан».
Вы пишете: «Единственное отличие моего мужа от других мужчин — в его звании, в том, что на него возложена куда большая ответственность и несравненно более тяжелая ноша».
Кем, интересно, «возложена»? Иранский народ не просил его править Ираном, а если кто и просил, то это была одна американская секретная служба (Вы знаете, какая — ЦРУ) — и, между прочим, не бесплатно. Куда пропала иностранная помощь, выделенная на развитие страны, сказать пока не представляется возможным: те украшения, о которых мы знаем, что это он их Вам подарил, — диадема за 1,2 миллионов марок ФРГ, брошь за 1,1 миллиона марок ФРГ, кольца с бриллиантами за 210 тысяч марок ФРГ, бриллиантовые браслеты, золотая сумочка — до 2 миллиардов всё-таки пока не дотягивают.
Но Вы не беспокойтесь: Запад не будет столь мелочен, чтобы не простить шаху пару миллиардов украденных долларов, торговлю опиумом и щедро раздаваемые взятки деловым людям, родственникам, секретным службам — ну, и ещё немножко украшений для Вас. Он же ведь — гарант того, что вновь, как при Мосаддыке, не будет национализирована нефтяная промышленность — во всяком случае, не раньше, чем иссякнут нефтяные запасы и истекут сроки подписанных шахом договоров. Он ведь — гарант того, что ни один доллар не попадет в школы (в которых, не дай бог, иранский народ сможет овладеть знаниями — и затем использовать полученные знания в своих интересах).
Он ведь — гарант того, что иранская нефть не будет использована для создания иранской промышленности и полученная валюта не пойдет на закупки сельскохозяйственной техники и создание систем мелиорации, чтобы оросить землю и обуздать голод.
Он ведь — гарант того, что бунтующих студентов и школьников будут и впредь сажать под арест, а тех депутатов парламента, для кого благосостояние страны — не пустой звук, будут хватать, пытать, убивать.
Он ведь — гарант того, что 200-тысячная армия, 60-тысячная тайная служба и 33-тысячная полиция, хорошо вооружённые и откормленные на американские деньги и руководимые 12 тысячами американских «советников», будут и впредь держать страну в страхе. И поэтому никогда [при шахе] не произойдёт того, что является единственным спасением Ирана: национализации нефтяной промышленности, как это случилось 1 мая 1951 года при Мосаддыке. Нельзя резать курицу, несущую золотые яйца.
И что такое миллионы, которые шах переводит на свои счета в швейцарские банки в Санкт-Морице, по сравнению с миллиардами, которые приносит иранская нефть «Бритиш петролеум ойл компани», «Стандарт ойл», «Калтекс», «Ройял Датч — Шелл» и другим английским, американским и французским фирмам? Видит бог, это и есть «куда большая ответственность и несравненно более тяжёлая ноша», которую шах должен нести во имя прибылей западного мира — в отличие от других мужчин.
Но, может быть, Вы привыкли думать не о презренных деньгах, а о аграрной реформе? 6 миллионов долларов шах тратит на то, чтобы иранские правительственные PR-компании по всему миру выглядели как благотворительные общества. И они нас «просветили»: до аграрной реформы 85% сельскохозяйственных земель Ирана принадлежали крупным землевладельцам, помещикам, а теперь — всего лишь 75%. Аж целых 25% земель принадлежат теперь крестьянам, которые при учётной ставке в 10% годовых должны выкупить эти земли в течение 15 лет.
Так что теперь иранский крестьянин «свободен»: он получает не 1/5 урожая, как прежде, а 2/5 (одну пятую — за работу, вторую — за землю, которая ему принадлежит). А оставшиеся 3/5 получает и будет и дальше получать помещик, который продал крестьянину только землю, но не оросительные системы, посевной материал и тягловый скот. Так посредством «аграрной реформы» иранского крестьянина удаётся сделать ещё более зависимым, ещё более беспомощным и ещё более уступчивым. Поистине шах — «интеллигентный, одухотворённый» человек, как Вы очень правильно заметили.
Вы пишете о том, как озабочен шах вопросом о наследнике престола: «По этому пункту иранская конституция непреклонна. Шахиншах Ирана должен иметь сына, который в один прекрасный день взойдёт на иранский трон, в чьи руки шах передаст судьбу Ирана... По этому пункту конституция строга и непреклонна».
Как интересно! А почему же во всех остальных пунктах иранская конституция шаху безразлична? Почему он — вопреки конституции — сам назначает парламент и почему все парламентарии перед началом работы обязаны подписать прошение об отставке с открытой датой? Почему в Иране нельзя издать ни строчки без предварительной цензуры? Почему на территории университета в Тегеране нельзя собираться больше, чем трём студентам вместе? Почему министру юстиции в правительстве Мосаддыка вырвали глаза? Почему судебные процессы проходят при закрытых дверях? Почему пытки стали нормой иранской юстиции? Или в этих пунктах конституция не так «строга и непреклонна"?
Вы не хотите узнать об Иране побольше? Недавно в Гамбурге вышла книга Вашего земляка, который, как и Вы, интересуется немецкой наукой и культурой, который, как и Вы, читал Канта, Гегеля, братьев Гримм и братьев Манн. Книга Бахмана Нируманда под названием «Иран: модель развивающейся страны или диктатура свободного мира?» — с послесловием Ганса Магнуса Энценсбергера, издательство «Ророро», актуальная серия, № 945, март 1967. Именно из этой книги взяты факты и цифры, с которыми я Вас вкратце ознакомила. Я не знаю, есть ли такие люди, которые после прочтения этой книги могут спокойно спать по ночам, не стыдясь того, что происходит у Вас на родине.
Мы не хотим Вас оскорбить. Но мы не хотим и того, чтобы западногерманскую общественность оскорбляли такие вещи, как Ваша статья в «Нойен ревю».
С глубоким уважением, Ульрика Мария Майнхоф".

«Конкрет», 1967, № 6



Ещё об Иране накануне революции


Перейти к оглавлению блога
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment